Суд истории

Суд истории

20 ноября 1945 года в «Зале 600» Дворца юстиции Нюрнберга началось первое заседание самого известного и самого важного судебного процесса XX века. Он длился 11 месяцев, шел на четырех языках, за время его работы было вынесено 403 судебных решения. Нюрнбергский процесс сыграл ключевую роль в вопросе послевоенного мироустройства. Высшему военно-политическому руководству Германии были предъявлены обвинения в заговоре против мира, преступлениях против человечности, часть государственных организаций (таких как НСДАП, СС, Гестапо) были признаны преступными.

22 июня 1941 года, генерал-полковник Эрих Гёпнер — командующий 4-й танковой группы, издал приказ по войскам с прямым указанием «война должна преследовать цель превратить в руины Россию и должна вестись с неслыханной жестокостью». Приказ «О применении военной подсудности в районе Барбаросса», подписанный начальником Верховного командования вермахта Вильгельмом Кейтелем за месяц до этого утверждал: ни за какие действия в отношении вражеского гражданского населения не предусматривается никакой ответственности.

План экономической экспансии, который логическим образов влек за собой гибель миллионов советских граждан изложен в так называемой «Зеленой папке Геринга». О том, что существовал такой документ мы узнаем из НОТЫ Народного Комиссара Иностранных Дел Вячеслава Михайловича Молотова «О чудовищных злодеяниях, зверствах и насилиях немецко фашистских захватчиков в оккупированных советских районах и об ответственности германского правительства и командования за эти преступления».

Нота была направлена 27 апреля 1942 года всем послам стран, с которыми СССР имел дипломатические отношения.

В ней говорилось о том, что частям Красной Армии захвачен подлинник секретного документа «рейхсмаршала германской империи» Геринга под названием: «Директивы по руководству экономикой во вновь оккупируемых восточных территориях» .

Секретный документ на 28 страницах, состоящий из нескольких разделов и многочисленных пунктов с пометкой: «Берлин, июнь 1941 год». В этих «директивах» («зеленой папке») следующим образом определяются важнейшие задачи германского нападения на СССР: «Согласно приказам фюрера (Гитлера) необходимо принять все меры к немедленному и полному использованию оккупированных областей в интересах Германии. Получить для Германии как можно больше продовольствия и нефти — такова главная экономическая цель кампании. Наряду с этим германской промышленности должны быть даны и прочие сырьевые продукты из оккупированных областей… Первой задачей является наиболее быстрое осуществление полного продовольственного снабжения германских войск за счет оккупированных областей».

Согласно планам предусматривалось:

  • всеобщее ограбление населения СССР, захват и вывоз в Германию личного имущества советских граждан собственности советского государства;
  • полное разрушение городов и деревень;
  • рабский труд населения, для этого — насильственный угон в Германию на принудительные работы нескольких миллионов советских граждан;
  • ликвидацию русской национальной культуры и национальных культур народов Советского Союза;
  • истребление советского населения, военнопленных и партизан путем кровавого насилия, пыток, казней и массовых убийств советских граждан, независимо от их национальности, социального положения, пола и возраста.

С самого начала Великой Отечественной войны советскому руководству стало понятно, что немецко-фашистские захватчики не намерены придерживаться каких-либо международных норм и правил ни в отношении мирного населения, ни в отношении военнослужащих Красной Армии, оказавшихся в плену.

Злодеяния гитлеровских войск были настолько бесчеловечными, что требовалась юридическая оценка подобных действий с целью последующего наказания виновных. Руководством СССР было принято решение о создании специального уполномоченного органа.

2 ноября 1942 г. был издан указ Президиума Верховного Совета СССР «Об образовании Чрезвычайной Государственной Комиссии (ЧГК) по установлению и расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков и их сообщников и причиненного ими ущерба гражданам, колхозам, общественным организациям, государственным предприятиям и учреждениям СССР». Комиссии было предоставлено право проводить расследования, опрашивать потерпевших, собирать свидетельские показания и иные документальные данные, относящиеся к преступным действиям оккупантов и их сообщников. К составлению актов привлекались представители советских, хозяйственных, профсоюзных, кооперативных и других общественных организаций, рабочие, колхозники и служащие.

На Нюрнбергском процессе документы ЧГК стали одним из важнейших доказательств обвинения, ее акты принимались трибуналом без проверки. Именно благодаря первоначальной установке советского руководства на правовую фиксацию преступлений немецко-фашистских захватчиков, к 1945 году была накоплена большая доказательная база чудовищной картины происходивших зверств.

Среди документов, находящихся на хранении в фондах Государственного архива административных органов Свердловской области, можно встретить выписки из сообщений, копии актов Чрезвычайной Государственной Комиссии из регионов, подвергшихся немецкой оккупации, протоколы опроса свидетелей о злодеяниях германских войск, воспоминания узников концентрационных лагерей.

«…История еще не знает такого массового истребления людей, какое учиняют немецко-фашистские захватчики. Чувство жалости и милосердия им неизвестно. С чудовищной жестокостью они глумятся над беспомощными стариками. Их не останавливают ни слезы матерей, ни протянутые с мольбой о помощи детские руки. Воспитанная Гитлером немецкая армия истязает и умерщвляет всех, кто немцам не нужен, а тех, кто на них может работать, они увозят, как скот, в Германию, на рынки рабов.

После освобождения гор. Сычевки от немецких оккупантов, там, в лагере, в огромном рву, было обнаружено свыше 3000 трупов пленных красноармейцев и советских граждан.

В деревне Корытовка в ноябре 1941 года немецкие солдаты тренировались в стрельбе по красноармейцам, убив таким образом 14 человек.

В Вязьме и Гжатске командиры: 35 пехотной дивизии генерал-майор Меркер, 252 пехотной дивизии генерал-майор Шефер, 7 пехотной дивизии генерал-майор Ропперт выделили специальные отряды факельщиков и минеров, которые поджигали и взрывали жилые дома, школы, театры, клубы, музеи, библиотеки, больницы, церкви, магазины, заводы, оставляя по пути своего отступления лишь пепел и развалины.

В Сычевском районе из 248 деревень немецкие оккупанты сожгли 137 деревень. Старинный русский город Ржев превращен оккупантами в груду развалин. Из 5443 зданий осталось только 495 более или менее сохранившихся домов. »

Выписка из сообщения Чрезвычайной Государственной Комиссии о злодеяниях немецко-фашистских захватчиков г.г. Гжатске, Вязьме и Сычевке Смоленской области и в городе Ржеве Калининской области. 1943 г.
ГААОСО. Ф.Р-1.Оп. 2.Д.45569/71708. Л.15-16, 18-20.
Протокол допроса свидетеля злодеяний Пискуна И.Т.
Протокол допроса свидетеля злодеяний Пискуна И.Т. 13 ноября 1946 г.
(ГААОСО. Ф.Р-1. Оп.2. Д.48329/76393. Л. 22.)

«ВОПРОС: Что вам известно о деятельности немецких солдат, находившихся в гор. Петрикове в период июнь – август 1944 года?

ОТВЕТ: Немецкие солдаты, а вместе с ними и командный состав, стоявшие в гор. Петрикове в этот период, являлись настоящими озверелыми бандитами, потерявшие человечность.

Насилие, убийства и грабеж мирного населения, являлись в то время основным занятием немецких солдат, которые проходили день и ночь.

Я был свидетелем, как немецкие солдаты в июне или июле 1944 года, точно не помню, без всяких причин расстреляли моих соседей: Зуб Ивана – 65 лет, Мицкевич Лаврена – 60 лет, Кулак Петра – 45 лет, а вещи их всех разграбили. Расстреляли их немцы прямо в своих квартирах.

Немецкие солдаты, стоявшие в то время в гор. Петриков грабили мирное население без исключения, срывали замки и ручки от дверей, посуду, носильные вещи, независимо от качества и размера и принадлежности к полу. Лично у меня все было забрано до нитки.

В это же время были немецкими солдатами сожжены Макарическая и Береговая улицы и много отдельных домов.

Мирным гражданам в этот период не разрешалось выходить на центральные улицы города и за черту города. За нарушение расстрел, об этом немецкие солдаты объявили всем гражданам, оставшимся жить в гор. Петрикове.»

Протокол допроса свидетеля злодеяний Пискуна И.Т. 13 ноября 1946 г.
ГААОСО. Ф.Р-1. Оп.2. Д.48329/76393. Л. 22.

«ВОПРОС: Расскажите, что Вам известно о чинимых зверствах и злодеяниях немецкими оккупантами в городе Кировограде?

ОТВЕТ: Я хочу сказать, что город Кировоград до немецкой оккупации был цветущим промышленным городом, кипевший зажиточной и культурной жизнью, и вот в августе 1941 г. в Кировоград ворвались немцы, с первых дней оккупации Кировограда немцы установили жестокий фашистский режим: хождение по городу в вечернее время запрещалось, за малейшие неповиновения немецким властям брались заложники, которых постигла ужасная судьба.

Немецкие изверги арестовали партийно-советский актив города Кировограда, которых расстреляли в крепости. Особенно жестоко немцы издевались над советскими военнопленными, их было более 50 000 человек, которых буквально морили голодом и жестоко издевались.»

Протокол допроса свидетеля злодеяний Крамаренко В.В. 4 ноября 1947 г.
ГААОСО. Ф.Р-1. Оп.2. Д.45733/72032. Л. 10-11.

Общеизвестно, что особая трагедия Великой Отечественной войны – это судьба советских военнопленных. Количество военнопленных до сих пор является предметом дискуссий в историографии. Точно можно сказать лишь одно: у каждого, кто пережил плен, нахождение в неволе наложило отпечаток на всю дальнейшую судьбу
К началу Нюрнбергского процесса СССР располагал огромным количеством документальных доказательств, показаний бывших узников военных концентрационных лагерей. Уничтожение миллионов ни в чем не повинных советских людей, бесчеловечное обращение с военнопленными, умиравшими от истощения и погибавшими от рук фашистских злодеев — эти свидетельства были бесспорны.

В Государственном архиве административных органов сохранились ужасающие подробности воспоминаний одного из бывших заключенных немецкого концлагеря.

«…Внутри лагеря и снаружи охрана с собаками… фашисты стали разговаривать свинцом и резиной…
В лагере не было никакой чистоты. Не было никаких постелей, люди спали в собственной одежде, не раздеваясь, свернувшись в комочек, так и спали. Бывали случаи, и свою последнюю одежду теряли, некоторые оставались совсем раздетые, т.е. в одних грязных гимнастерках, а ведь уже был ноябрь, утра были холодные.

Лагерь аэродрома считался у нас у военнопленных самым плохим…
Нужно было все разминировать и восстанавливать аэродром для посадки немецких самолетов. Сотни ребят оставили жизни на посадочных площадках. Ведь разминировали площадки при помощи пленных (я не очевидец этих действий, мы уже прибыли поздней почти на два месяца). Устраивали большие железные борозды шириной около 8 метров, впрягали пленных и протаскивали все поля. Ребята говорят, за привязанные по бокам веревки тащили человек по двадцать. Иногда в лагерь возвращалась половина – это было. Немцы могли бы сами разминировать, но берегли минеров. Нашего брата было не жалко.

Питание в лагере было следующим: раз в день 200 грамм хлеба с опилом, 10 грамм жира и 1 литр баланды (так называли мы суп, сваренный из гнилых овощей). Как на этом пайке прожить без добавки? Конечно, невозможно. Человек, бывший в упитанном состоянии, становится через 10-15 дней дистрофиком, а через месяц-два опухает и гибнет, если не пристрелят на работе.»

Из воспоминаний бывшего военнопленного Г.И. Копылова «Война. Плен.»
«Открытые архивы». ГААОСО. СИФ. 251. инв .№ 4.51. стр. 26-27.

Идея проведения международного судебного процесса над нацистскими преступниками была выдвинута Советским Союзом еще в 1942 году. В нотах советского правительства указывалось, что вся ответственность за совершаемые гитлеровцами преступления возлагается на фашистских правителей и их пособников. Дискуссия между союзниками о главных принципах, определяющих меру расплаты за злодеяния, шла до конца войны.

В 1943 году идея международного суда была заявлена в Декларации, подписанной на Московской конференции министров иностранных дел Антигитлеровской коалиции. Основной идеей стало то, что все те германские военнослужащие, которые были ответственны за совершение преступлений на оккупированных территориях, будут отосланы туда, где производили злодеяния и будут осуждены в соответствии с законами этих стран. Также было решено, что «главные преступники, преступления которых не связаны с определенным географическим местом, будут наказаны совместным решением правительств-союзников».

Окончательное решение о создании Международного военного трибунала было принято на Лондонской конференции летом 1945-го. Соответствующее соглашение заключили СССР, США, Великобритания и временное правительство Франции. В тот же день был принят устав трибунала.

В соответствии с Уставом Международного Трибунала СССР, США, Великобритания и Франция должны были направить в Нюрнберг делегации, в состав которых входили два судьи и главный прокурор. Председателем трибунала, возглавившим судейскую коллегию, стал английский судья Джефри Лоуренс. Для утверждения приговора требовалось как минимум три голоса членов судейской коллегии, при этом при разделении голосов, позиция Джефри Лоуренса считалась решающей.

От Советского Союза в качестве судей поехали председатель Верховного суда генерал-майор юстиции Иона Никитченко и полковник юстиции Александр Волчков. Главным обвинителем стал прокурор Украинской СССР Роман Руденко. Следует упомянуть еще одного человека – Арона Трайнина. Доктор юридических наук, профессор, заведующий кафедрой уголовного права Юридического факультета МГУ им. Ломоносова, член-корреспондент Академии наук СССР подготовил и разработал уголовно-правовые основы Нюрнбергского трибунала.

Он принял участие в разработке Соглашения между Правительствами СССР, США, Соединенного Королевства Великобритании и Северной Ирландии и Временным Правительством Французской Республики «О судебном преследовании и наказании главных военных преступников европейских стран оси». Трайнин стал одним из разработчиков Устава Международного Трибунала – документа, на основании которого проводился сам трибунал. В это время научный авторитет А.Н. Трайнина уже был признан на международном уровне.

Всего перед трибуналом предстали 24 высших руководителя нацистской Германии. Среди них: Герман Геринг ¬– рейхсмаршал, главнокомандующий воздушными силами гитлеровской Германии, имперский министр авиации, Председатель рейхстага, вторая по важности персона после Гитлера; Иоахим фон Риббентроп – министр иностранных дел, именно он вручил ноту об объявлении войны советскому руководству; Вильгельм Кейтель – генерал-фельдмаршал, начальник штаба верховного командования, воплощал на практике план молниеносной войны против СССР; Альфред Розенберг – имперский министр оккупированных восточных областей, идеолог практики уничтожения народов СССР; Альфред Йодль – генерал-полковник, начальник генштаба гитлеровской армии, проводник преступных приказов Гитлера; Рудольф Гесс – ближайший помощник Гитлера, один из организаторов нацистской партии.

У представителей СССР, США, Великобритании и Франции при подготовке к процессу возникло большое количество трудностей. Необходимо было совместить не только две глобальные системы права – английскую и континентальную, но и согласовать юридические нормы отдельных государств.

Союзники были за то, чтобы процесс состоялся без привлечения журналистов и прошел без огласки. Неоспоримой победой дипломатов СССР стало то, что суд истории прошел открыто, заседания освещались прессой.

Политические воззрения, представления о законах и мерах наказания для преступников были разными у представителей США, Великобритании, Франции и СССР. Но сам масштаб преступлений гитлеровского режима, его беспримерная жестокость, цинизм сплотили юристов, позволили им за редким исключением прийти к единому мнению о наказании преступников. В ходе суда были преодолены те процессуальные сложности, которые возникли из-за разности подходов законов правосудия в странах антигитлеровской коалиции.

Представители западных стран предлагали ограничиться письменными показаниями и свести к минимуму допросы свидетелей, чтоб не затягивать процесс. Представители обвинения от Советского Союза предоставили список из 59 свидетелей, но им пришлось сокращать количество очных показаний.

На заседаниях международного трибунале от СССР выступили: колхозник Яков Григорьев, который рассказал об уничтожении псковских деревень, протоиерей Николай Ломакин поведал о блокаде Ленинграда и об уничтожении храмов. Среди свидетелей обвинения был врач Евгений Кивелиша, изложивший сведения о нечеловеческих условиях в лагерях для советских военнопленных и академик Иосиф Орбели, представивший свидетельства разрушений в блокадном Ленинграде. О Холокосте в Вильнюсе рассказал поэт и партизан Аврам Суцкевер.

Оглашение приговора длилось с 30 сентября по 1 октября 1946 года. Приговор был вынесен в отношении 22 подсудимых, 19 из них были признаны виновными по всем пунктам обвинения или частично. Свою вину не признал ни один из них. 12 человек были приговорены к смертной казни через повешение.

Именно Нюрнбергский процесс положил начало истории международного уголовного права. Принципы, закрепленные в Уставе Трибунала, вскоре были подтверждены решениями Генеральной ассамблеи ООН как общепризнанные принципы международного права.

Юлия Рыжкова,
заместитель директора ГААОСО

Поделиться ссылкой:

Просмотров сегодня - 1, всего - 112
▲ Наверх