В борьбе с терроризмом компромиссов быть не может…

Управление ФСБ по Центральному военному округу
Управление ФСБ по Центральному военному округу

Работа спецслужб, да еще и в зоне боевых действий, всегда окутана плотной завесой тайны. Однако за «семью печатями» скрыта уникальная работа людей преданных своему государству и народу. В преддверии праздника Дня Защитника Отечества нам удалось побеседовать с ветераном военной контрразведки, генерал-майором в отставке Кривцовым Юрием Александровичем о том, о чем раньше, особенно в строгие советские времена, было не принято говорить.

Кривцов Юрий Александрович, ветеран военной контрразведки, генерал-майор в отставке

Кривцов Юрий Александрович, ветеран военной контрразведки, генерал-майор в отставке

— Юрий Александрович, расскажите о своем детстве? Кто из близких Вам людей повлиял на ваше становление как личности?

— Я родился и вырос в г.Тирасполе Молдавской ССР в обыкновенной русской семье. Отец был старшиной сверхсрочной службы – стрелком-радистом на бомбардировщике, затем после увольнения, в связи с хрущевским сокращением, работал в закройном цехе швейной фабрики в городе Тирасполе. К сожалению, он умер от инсульта в сорокалетнем возрасте, оставив нас с мамой, пятилетней сестренкой и двумя бабушками.

Мама – очень сильная характером женщина. Она всегда была для меня примером, как в личном поведении, так и в отношениях с окружающими людьми. В 1951 году после окончания Московского технологического института легкой промышленности она по распределению была направлена на Тираспольскую швейную фабрику им. 40 лет ВЛКСМ, где проработала до 1991 года, после чего вышла на пенсию. В 2004 я её перевез в Новосибирск, где она живет по настоящее время и продолжает нами «руководить». Я, в свою очередь, перенимал её хорошие качества: трудолюбие, уважение к окружающим, умение строить взаимоотношения с людьми.Особенно хочется выделить её здоровое упрямство, которое, разумеется, тоже повлияло на моё поведение.

В пятнадцать лет я познакомился с девочкой своего возраста, которая жила через дорогу. Довольно скоро мы стали друзьями. Учились мы в разных школах, но нас объединяло общее увлечение спортом; кроме того, мы оба учились в музыкальной школе.Моя мама отнеслась к нашей дружбе, мягко говоря, неодобрительно. Несмотря на это, мы продолжали дружить, и эта история продолжается до сих пор. Вот уже сорок третий год мы женаты.

Кроме этого, в школьный период мама видела во мне будущего инженера-технолога легкой промышленности, а у меня родилась мечта стать офицером.

— Расскажите, с чем связан выбор профессии военного? Какие события и обстоятельства способствовали поступлению в Киевское Высшее танковое инженерное училище?

— В профессии военного мне нравилось всё — красивая форма и, самое главное, моральные принципы: не обижать слабых, защищать свою Родину, свой народ, своих близких.

Я очень любил художественные книги о войне, партизанах, разведчиках, подпольщиках. Также, на мой выбор профессии оказало влияние общение с семьей будущей жены. Её отец, Домнин Николай Сергеевич, практически заменил мне отца. Фронтовик, орденоносец, всю войну прошел командиром саперного взвода, участник Сталинградской битвы, во время которой был ранен. Освобождал Молдавию и Болгарию.

После войны, так же, как мой отец, будучи молодым офицером, попал под сокращение, однако, благодаря своим личным качествам, стал руководителем дорожного ремонтно-строительного управления в городе Тирасполе. Своими мудрыми советами Николай Сергеевич показывал мне четкие ориентиры в жизни. Мать моей жены тоже выросла в семье военного, её отец в годы войны был комендантом военного училища в городе Владикавказе, поэтому её мечтой было выдать своих трех дочерей за офицеров. Так я и стал курсантом, и, окончив Киевское Высшее танковое инженерное училище, был направлен в город Кагул 89 мотострелковую дивизию на границе Молдавии с Румынией.

Моя жена, с которой мы поженились после 3 курса, окончив в Одессе политехнический институт, приехала через год ко мне. Вскоре у нас родилась дочь Ольга. Командование полка, в котором я служил зампотехом танковой роты, выделило нам квартиру.

— Как сложилась Ваша судьба после окончания военного учебного заведения?

— Служба у меня проходила хорошо, и ничего не предвещало каких-либо изменений. Однако, в январе 1977 года меня вызвал на беседу сотрудник особого отдела КГБ майор Захаров Михаил Петрович. Причиной вызова стало хищение на дивизионном складе противопехотной мины, а также, что это ЧП совпало со взрывами в московском метрополитене. С этого момента планомерная жизнь в дивизии закончилась до завершения полного расследования, в котором участвовал и я. В результате было установлено, что мину похитил секретарь комсомольской организации из моей роты Хорозов, который поменял её у местных подростков на графин молдавского вина. К счастью, украденная мина не использовалась террористами в Москве, а была сожжена в костре местными подростками.

После разбирательства майор Захаров М. П. вызвал меня на очередную беседу и предложил стать особистом-контрразведчиком, что стало для меня неожиданностью. Однако майор Захаров М.П. в очень доходчивой и доверительной форме рассказал мне о задачах, решаемых особыми отделами в войсках, привел интересные примеры из истории Великой Отечественной войны, поскольку был её участником. После беседы с ним я не дал сразу ответа, а решил посоветоваться со своим тестем, который очень положительно отзывался о деятельности сотрудников «Смерша», в частности, во время Сталинградской битвы. В совокупности, именно фронтовики и их рассказы сыграли решающую роль в выборе моей дальнейшей профессии.

— С 1978-1986 гг. Вы проходили службу в Одесском ВО. Учитывая специфику прохождения службы в данном регионе, как национальный фактор сказывался на результатах служебной деятельности?

— После окончания высших курсов военной контрразведки в Новосибирске я был направлен обратно в Молдавию в город Кишинев, где мне доверили оперативно обеспечивать армейский полк связи. Указанная часть дислоцировалась в центре города, а особый отдел 14-й Армии — в здании КГБ МССР. Уже в тот период мне пришлось участвовать в профилактических мероприятиях по предупреждению националистических проявлений со стороны отдельных лиц. Запомнилась беседа с женой прапорщика, по национальности молдаванкой, которая на вечеринке по случаю праздника в компании офицеров с женами оскорбительно высказалась в их адрес, обозвав их русскими оккупантами. В ходе беседы в особом отделе она, после определенных колебаний, признала ошибочность своих взглядов, раскаялась и в письменном виде обещала впредь не повторять подобных действий. По моему глубокому убеждению, такие явления носили в тот период единичный характер, а в целом молдавское население в большинстве относилось к русским, особенно к военным, вполне дружелюбно. Проявления молдавского национализма были инспирированы в основном отдельными группировками из среды из среды творческой интеллигенции не без участия иностранных спецслужб.

— Вы застали преобразования органов государственной безопасности на различных стадиях: от КГБ до ФСБ? Какие задачи для военной контрразведки являлись приоритетными в советский и постсоветский период времени? С какими трудностями пришлось столкнуться органам безопасности в период реформирования в начале 90-х годов?

— В период великой трагедии начала 90-х годов – развала СССР, военная контрразведка так же пережила ряд тяжелых реформ и в прямом смысле потрясений, которые, безусловно, отразились на наших судьбах. Проходя службу в Забайкалье в этот период, лично я, кроме переименований всего нашего ведомства, дважды оказывался под сокращением и, соответственно, перед выбором дальнейшего пути. Вооруженные силы лихорадила преступность. Многие из сослуживцев и в войсках, и в рядах военных контрразведчиков просто разбежались по национальным квартирам, некоторые уволились в запас, у многих рушились планы, у некоторых разваливались семьи. Однако, в целом, мы выдержали все перемены, сохранили готовность выполнять задачи, прежде всего, по борьбе с преступностью в войсках, защите государственных и военных секретов, обеспечению сохранности средств поражения.

— Большую часть своей службы в ОГБ Вы были на руководящих должностях. Какими качествами должны по-Вашему, обладать руководители? Что стало основным принципом в работе и во взаимоотношениях с подчиненными?

— Для руководителей любого уровня, как субъектов управления, необходимо владеть и знаниями, и умениями организовать работу вверенных коллективов. Основными принципами в работе любого начальника считаю добросовестное отношение к своим обязанностям, постоянно расширять свои знания, относиться к подчиненным так, как вы бы хотели, чтобы к вам относились ваши руководители.

— За выполнение каких служебных задач Вы удостоены ордена «Мужества», ордена «За воинские заслуги», награждены высшим ведомственным наградным знаком отличия «Почетный сотрудник контрразведки»?

— В зоне контртеррористической операции на Кавказе я находился с июня 2000 года по октябрь 2001. Первые три месяца в качестве начальника отдела по восточной группировке, а затем руководителем временной оперативной группы ДВКР на территории Чеченской республики. По итогам работы на восточном направлении руководство оценило мой скромный труд орденом «За военные заслуги» и назначило заместителем руководителя ДВКР – начальником ВОГ.

Всего за период моего пребывания в зоне КТО было осуществлено более 250 спецопераций с непосредственным участием военных контрразведчиков. Многие из этих операций были настолько насыщенными, что становятся сюжетами для фильмов, сериалов, книг и вошли в историю военной контрразведки.

Наиболее серьезными результатами я считаю предотвращение диверсионно-террористического акта в отношении штаба объединенной группировки войск в районе Ханкалы, которое который готовили летом 2001 года лидеры банд формирования во главе с небезызвестным Хаттабом. Сразу могу подчеркнуть, что личных подвигов я не совершал, но испытываю глубокое удовлетворение, что за период службы на Кавказе среди моих подчиненных не было потерь, и командование группировки с огромной благодарностью и уважением относилось к военным контрразведчикам. Многие сотрудники были заслуженно награждены государственными и ведомственными наградами.

— Как Вы думаете, какое значение в контрразведке имеет «человеческий фактор»?

— Человеческий фактор в контрразведке играет, безусловно, определяющую роль. Прежде всего потому, что оперативно-служебная деятельность построена на отношениях с людьми и необходимо учитывать их поведение, мысли, планы, намерения. Поэтому сотрудники контрразведки должны обладать глубокими знаниями в области человеческих отношений и психологии.

— Сегодня терроризм распространяется как «раковая опухоль», охватывая разные сферы жизни. По — вашему, существует ли «вакцина» противодействия?

— Против терроризма, как явления, противоречащего самому понятию права человека на жизнь, есть единственная вакцина противодействия. Это объединение всех нормальных людей на борьбу с этим явлением с целью его полного искоренения. В этой борьбе не может быть компромиссов. История это доказала на примере того, как после победы советского народа над фашизмом, его ведь не уничтожили полностью в 1945 году, а наши партнеры проявили некий гуманизм по отношению к отдельным лидерам этой враждебной идеологии. В результате мы сейчас пожинаем плоды той продажной политики наших союзников по антифашистской коалиции.

Вначале на западе говорили, что им не нравится коммунистическая идеология, а возникает вопрос, что им не нравится сейчас, когда в России уже давно распрощались с идеей строительства коммунизма. Напрашивается вывод, что на западе хотят только одного: жить, повелевая и властвуя. Но терроризм доказал, что у него нет пределов ни в смысле территорий, ни в смысле национальностей, поэтому мир сейчас бурлит от событий, которые мы сейчас наблюдаем по СМИ.

— Как по Вашему, с какими новыми угрозами обществу и государству приходится сталкиваться современному контрразведчику?

— Сегодняшняя действительность свидетельствует о том, что в мире не стихает борьба за умы людей, во всех государствах идет безжалостная борьба за власть, за право распоряжаться территориями, ресурсами и т.д. Отрадно, что политика российского руководства находит поддержку в мире, и мы находимся не в изоляции, а есть возможность каждому человеку сделать свой выбор и строить свою жизнь.

Если говорить о каких-то новых угрозах обществу и государству, то я бы выделил, прежде всего, потерю ориентиров у молодого поколения. Этого следует особенно опасаться и не только учитывать, а принимать упреждающие меры. Я не хочу сгущать краски, но если в общественном транспорте молодые люди не уступают места пожилым и инвалидам, то чему их учат в семьях и школах. Стоит об этом наконец-то задуматься и перейти от слов к делу.

— Сегодня все усилия ВКР сосредоточены на противодействии террористическим и экстремистским угрозам. Можно ли сказать, что борьба со спецслужбами противника сейчас уходит на второй план и почему?

— Если мы сейчас сосредоточили основные усилия на противодиверсионной антитеррористической защите, то это не значит, что надо ослабить систему защиты наших секретов. К сожалению, 90-е годы богаты показательными примерами недальновидности и антигосударственных действий руководителей разных уровней. Достаточно вспомнить, какими затратами обернулся для государства факт выдачи американцам системы контроля над зданием посольства США в Москве, или обещание первого президента России платить заработную плату офицерам в долларах. В практике ВКР немало примеров выявления халатности в защите государственных секретов. Это явление никогда не потеряет своей актуальности. Доказательством этого является ежегодное разоблачение действий спецслужб по сбору военных и государственных секретов, о чем говорит президент В.В. Путин на заседаниях коллегии ФСБ России.

— В Ваше время основной задачей ВК было противодействие иностранным спецслужбам. Можете ли поделиться наиболее яркими результатами в этом направлении?

— Один из наиболее ярких примеров из личной практики могу вспомнить, как в конце 80-х годов, будучи старшим оперуполномоченным на режимном объекте, мне удалось на стадии сбора военных сведений с целью последующей выдачи иностранцам за вознаграждение выявить и предотвратить действия военнослужащего «К». Было удивительно, что одновременно с «К» в армию были призваны ещё двое его друзей из Крыма. Все трое договорились между собой собрать все военные секреты сведения по местам службы. Один из них попал в режимную ракетную часть в г.Винница, второй – в аналогичную часть Солнечногорск, а третий попал ко мне на объект в Одесской области. Примечательно, что все трое попали в поле зрения военной контрразведки по местам своей службы и практически одновременно во взаимодействии с соответствующими отделами мы провели в отношении них профилактические мероприятия.

В 90-е годы, когда я был уже руководителем корпусного отдела в Забайкалье, мы столкнулись буквально с массовым явлением попыток вербовочных подходов к российским военнослужащим со стороны китайских разведчиков, действовавших под видом коммерсантов. Предметом торговли являлась секретная техническая документация по бронетанковой технике, авиации, связи, а также изделия военного назначения. Практически одновременно в таких городах, как Иркутск, Улан-Удэ, Чита и др. совместно с территориальными органами были проведены мероприятия по пресечению подобной деятельности.

— Чем Вы занимаетесь в повседневной жизни? Ваши увлечения и хобби?

— В настоящее время моей основной деятельностью является преподавательская работа в нашем ведомственном институте в качестве профессора на кафедре управления. Хочется передать приобретенный опыт молодым начинающим контрразведчикам, в том числе руководителям различного уровня. Стараюсь идти в ногу со временем, сочетать опыт теоретических исследований моих коллег с личной практикой. Хочется отметить, что в нашем институте традиционно поддерживается творческое отношение преподавателей к своему труду, доброжелательного и уважительного отношения к «коллегам по цеху». На большинстве кафедр встретил многих бывших сослуживцев, в том числе подчиненных, это помогает совместной работе.

В свободное от работы время мы с супругой летом отдыхаем на даче, а зимой регулярно ходим на лыжах. Основным увлечением всегда считал чтение художественной литературы, в том числе исторической, политической, научно-популярной.

— Участвуете ли Вы в какой-либо общественной деятельности? Например, в мероприятиях организованных Советом Ветеранов Военных Контрразведчиков, патриотических встречах с действующими сотрудниками и молодежью?

— Связи с бывшими сослуживцами я не потерял и стараюсь поддерживать постоянный контакт с ветеранами и действующими сотрудниками. Служба в военной контрразведке характерна тем, что приобретаешь знакомства от Калининграда до Владивостока и от Мурманска до Ростова-на-Дону. Трудно сейчас назвать какой-либо регион на территории нашей необъятной страны, где не встретил бы своих коллег. Кроме этого, учитывая, что последние 5 лет я прослужил в одном из территориальных управлений, круг моих знакомств ещё больше расширился, что придает новые силы и стимул для труда на благо нашей любимой Родины.

— Юрий Александрович, расскажите о Вашем семейном положении?

— В настоящее время мы живем со своей любимой супругой Аллой Николаевной, с которой дружим с пятнадцатилетнего возраста, мечтаем встретить пятидесятилетний юбилей совместной жизни. Нашей дочери 40 лет, она живет в Москве, работает в банке главным специалистом. Сын в Новосибирске, ему 33 года, является государственным служащим, поддерживает нас с мамой. Внуку Михаилу по линии дочери 20 лет, он студент одного из ВУЗов в Новосибирске; вместе с ним строим планы дальнейшей жизни. Хочется отметить, что нас ещё вдохновляет своей энергией и жизнелюбием моя мама Анна Дмитриевна, которая проживает с моей младшей сестрой Людмилой. Волею судьбы, вся наша семья в девяностые – двухтысячные годы была вынуждена переселиться в Сибирь из Молдавии, о чем мы иногда говорим не без грусти. Однако, смотрим все в будущее и надеемся, что оно будет мирным и благополучным.

— Согласны ли Вы с фразой: «в военную контрразведку приходят один раз и на всю жизнь»?

— Жизнь показывает, что бывают совершенно разные персонажи и судьбы. Из военной контрразведки, а её невозможно отделить от общей системы государственной безопасности, вышли и видные государственные деятели, писатели, политики, юристы, предприниматели и другие специалисты. Когда мы ежегодно встречаемся в ведомственный праздник, вспоминаем хорошее, хотя и были иногда негативные моменты в биографии каждого. Вообще, я бы делил людей не по профессиям, а по отношению к ней, то есть по степени профессионализма. И это касается любого вида трудовой деятельности: от сапожника или дворника до главы государства. Второй главный критерий – это честный человек, или нет. И третий – это моральный фактор, проще говоря, способен ли он оскорбить или обидеть слабого, помогает ли бедным и больным.

— Что для Вас значит слово «патриотизм»? По-вашему мнению, можно ли его воспитать?

— Понятие «патриотизм», лично для меня, свято. Воспитывать его необходимо с пеленок, начиная с семьи и на протяжении всей жизни. Обидно, когда некоторые представители власти компрометируют себя и в целом подрывают авторитет государства: с трибун говорят одно, а делают другое. Психология воров в законе заключается в том, что они, в большинстве своем, не могут остановиться и не знают меры.

— Что хотели бы пожелать молодому поколению контрразведчиков?

— Молодым контрразведчикам я бы хотел пожелать стойкости, мужества в преодолении всех преград на жизненном пути. Если мы выбрали эту профессию, то только упорным и добросовестным трудом, стремлением учиться благородному делу, можно достичь положительных результатов. Всегда необходимо помнить, что на нас лежит огромная ответственность за наших детей и внуков, чтобы они нами по-настоящему гордились и благодарили.

Интервью подготовила Анна Соханева

Поделиться ссылкой:

Просмотров сегодня - 1, всего - 397
▲ Наверх