Вид на жительство китайского гражданина, 1919 год

Вид на жительство китайского гражданина, 1919 год

Личные документы, в обилии осевшие в государственных и частных архивах — это очень интересный след ушедшей эпохи. Порой паспорта, удостоверения, свидетельства и другие аналогичные материалы способны сказать о прошлом не меньше, чем о человеке, которому они принадлежали.

Сотрудниками Государственного архива административных органов Свердловской области (ГААОСО) был выявлен крайне необычный личный документ. Это вид на жительство РСФСР китайского гражданина Ши-Де-Шена, выданный в Петрограде (ныне Санкт-Петербург) 16 сентября 1919 г.1

В документе, который подтверждал право иностранного гражданина на жизнь и работу в Советской России, прежде всего нас интересуют личные данные. Из них становится известно, что Ши-Де-Шен происходит из китайской провинции Цзилинь, ему 28 лет и по социальной принадлежности он рабочий. Кроме этого вид на жительство содержит антропометрические данные. Ши-Де-Шен был мужчиной среднего роста, имел черные волосы и брови, овальное лицо и подбородок. Последние приметы подтверждает фотография, которая помещена на третьей странице документа.

На второй странице содержится отметка о том, что подлинники его национальных документов, на основании которых выдан данный вид на жительство, хранятся в Петроградском совете рабочих депутатов по адресу площадь Урицкого (ныне Дворцовая площадь), д. 6. В наши дни по этому адресу находятся помещения Эрмитажа.

Однако, откуда вообще на территории России, у берегов Балтийского моря, в совершенно другой части континента появился гражданин Китая? Дело в том, что с конца XIX века, с началом освоения Российской Империей Дальнего Востока, в пределы страны стало прибывать значительное количество китайцев. В подавляющем большинстве случаев это были трудовые мигранты. Всего к 1910 году в Россию приехало примерно 550 тыс. подданных Империи Цин. Значительная часть из них осталась на постоянное жительство, часть выехала обратно.2 Вторая волна связана с началом Первой мировой войны. Из-за мобилизации мужского населения на фронт, Российская империя начала испытывать затруднения с рабочей силой и ее стали завозить из Китая, который к тому моменту в результате революции превратился в республику. Российским правительством были установлены квоты, но они нарушались, и часть приехавших китайских рабочих второй волны была ввезена нелегально. Всего с начала мировой войны на территорию страны прибыло не менее 150 тыс. китайцев. 50 тыс. китайских эмигрантов обеих волн проживали на территории европейской России.3 Многие из них трудились на заводах Петрограда, который был в то время крупнейшим промышленным центром Российской Империи.

Ши-Де-Шен приехал в Россию в 1916 году. Об этом свидетельствует запись в левой верхней части первой страницы вида на жительство. Не известно сразу он оказался в столице Империи или успел поскитаться по стране. Как бы оно ни было, трудовым мигрантам в то суровое военное время тяжело жилось везде. В грубой эксплуатации этнических китайцев советская историография видела главную причину их будущего участия в революции на стороне большевиков. Советские историки рисовали трагическую картину. Например, на строительстве Мурманской железной дороги рабочий день контрактных рабочих из Китая составлял 12 часов, отдых в праздничные дни им был запрещен, медицинская помощь отсутствовала. В целом по стране китайский рабочий получал меньшую плату за ту же работу, что выполнял русский рабочий.4

В общем, безрадостное положение китайцев подтверждают и современные исследователи. Уже с лета 1915 года недовольство отношением со стороны работодателей среди китайцев выражалось в побегах с мест работы и даже из поездов по пути следования.5

Из той же записи, из которой мы узнали о времени прибытия Ши-Де-Шена в Россию, можно узнать и о том, на основании какого документа им был получен вид на жительство. Это было свидетельство, выданное ему в 1918 году Датским посольством в Петрограде.

Возникает очередной вопрос. Причем тут вообще Датское посольство? Ответ кроется в следующем: Дания в годы Первой мировой войны сохранила нейтралитет и стала посредником между воюющими странами Антаны и Центральных держав. В частности, по инициативе Российского Красного Креста и при дипломатической поддержке посольства Дании в 1915 году была организована взаимная инспекция лагерей для военнопленных между враждующими странами. Особую роль в этом процессе сыграл Датский красный крест.6

По гуманитарным вопросам Датский Красный Крест работал в самом тесном взаимодействии со своим национальным посольством. После Февральской революции сотрудниками посольства была составлена справка для Временного правительства о положении иностранных военнопленных на территории России и о путях улучшения этого положения.7 При подготовке справки широко использовались данные инспекционных поездок датчан по лагерям военнопленных в составе делегаций сестер милосердия.

После Октябрьской революции посольство Дании и Датский Красный Крест продолжали работу в Советской России в то время, когда другие иностранные дипломатические и гуманитарные организации уже с территории подконтрольной большевикам выехали. Таким образом, в 1918-1919 годах датские организации стали единственным каналом, по которому осуществлялась связь молодого Советского государства с враждебно настроенными странами Запада. Со временем функции датского дипломатического представительства и датского гуманитарного органа в РСФСР так перемешались, что не вполне понятно было кто за что отвечает.8

Вероятнее всего положение Ши-Де-Шена, как и других китайских рабочих, в результате революционных событий ухудшилось настолько, что ему потребовались документы, удостоверяющие личность. Это помогло бы ему легализоваться в России, что могло улучшить его материальное положение, а позже выехать на родину.

На последней четвертой странице вида на жительство стоит отметка Екатеринбургского подотдела по учету и распределению рабочей силы. Ши-Де-Шен встал на учет этой советской организации 15 ноября 1919 года. Вполне возможно, что для него Екатеринбург был лишь промежуточным пунктом на обратном пути домой. В это время пала «белая столица» Омск, армия адмирала А.В. Колчака стремительно откатывалась на восток, но бои еще продолжались, и проехать в Китай было крайне затруднительно. Судя по записи от 27 августа 1932 года о снятии копии с вида на жительство, Ши-Де-Шен осел в Екатеринбурге на постоянное жительство.

Еще один вопрос у читателя может вызвать шапка бланка представленного вида на жительство. В ней, кроме Российской Социалистической Федеративной Республики Советов, указана странная административная единица — Союз коммун Северной области.

Такой субъект на территории РСФСР действительно существовал в 1918-1919 годах. Он состоял из Петроградской, Архангельской, Вологодской, Новгородской, Олонецкой и Псковской губерний и был создан по инициативе председателя Петроградского совдепа Г.Е. Зиновьева. Глава Петрограда и с ним ряд ответственных товарищей не были уверены в том, что советское правительство во главе с В.И. Лениным после переезда в Москву сможет справиться с острым социально-экономическим кризисом в городе на Неве и в соседних регионах северо-запада России. Союз коммун Северной области под руководством Г.Е. Зиновьева был создан для оперативного решения текущих неотложных проблем в «колыбели революции».9

Конечно, все перечисленные вопросы не исчерпывают возможности этого документа. Пытливый читатель, всматриваясь в представленный электронный образ, может обнаружить другие подробности о жизни Ши-Де-Шена и устройстве раннесоветского общества.

В целом, следует отметить, что судьба гражданина Китая, оказавшегося в России на переломе эпох, вполне соответствует представлениям историков о том времени. Социальная буря подхватывала человека, как песчинку и уносила его невероятно далеко от родных мест. Свидетель эпохи перемен порой обнаруживал себя в таком окружении, о котором он не имел ни малейшего представления. Слышал ли Ши-Де-Шен о Петрограде до того, как туда попал? Подозревал ли о существовании большевиков? Задумывался ли о возможности создания равноправного справедливого общества во всем мире? Трудно сказать, имея в руках лишь его вид на жительство. Но совершенно точно Ши-Де-Шен принял непосредственное участие в событиях, ставших прологом истории XX-XXI веков.

Иван Клюс,
главный археограф отдела НСА,
использования и публикации архивных документов ГААОСО

Поделиться ссылкой:

Просмотров сегодня - 1, всего - 56

  1. ГААОСО. Ф. Р-1. Оп. 2. Д. 61366. Конв. 12. Л. 4-5 об. 

  2. Циденков Г. «Вэй хундан!» — «За красную партию!» // Warspot.ru. URL: https://warspot.ru/13645-vey-hundan-za-krasnuyu-partiyu 

  3. Гагкуев Р., Чжан Ю. Китайские добровольцы в Гражданской войне в России: между красными и белыми // «Российская история», 2019, №1. С. 61. 

  4. Попов Н.А. Китайские пролетарии в Гражданской войне в России // Китайские добровольцы в боях за Советскую власть (1918-1922). Москва: издательство Восточной литературы, 1961. С. 8. 

  5. Дацышен В.Г. Китайский труд на Урале в годы Первой мировой войны // Уральское востоковедение. Екатеринбург: Издательство Уральского университета, 2007. С. 56. 

  6. Соколова В.А. Российское общество Красного Креста: 1867 — 1918 гг. Диссертация на соискание ученой степени кандидата исторических наук. Санкт-Петербург: 2014. С. 212. 

  7. ГА РФ. Ф. 6281. Оп. 1. Д. 27. Л. 1-6. 

  8. Енсен Б. Гуманитарная помощь и политика: миссия Датского Красного Креста в Советской России. 1918-1919 // Первая мировая война. Пролог ХХ века. Москва: Наука, 1998. С. 517-519, 521. 

  9. Рабинович А. Большевики у власти. Первый год советской эпохи в Петрограде. Москва: Новый хронограф, 2008. С. 387-388. 

▲ Наверх