Сквозь плен

5. Освобождение и репатриация на Родину

В конце Второй мировой войны началось освобождение узников фашистских лагерей. Лагеря освобождались как советскими войсками, так и войсками союзников: британскими, американскими, французскими и др.

11 февраля 1945 г. на Крымской конференции глав правительств СССР, США и Великобритании были заключены соглашения относительно возвращения на родину освобожденных советских граждан войсками США и Великобритании, а также возвращения военнопленных и гражданских лиц США и Великобритании, освобожденных Красной Армией. В этих соглашениях был закреплен принцип обязательной репатриации всех советских граждан.

Согласно постановлению Государственного комитета обороны № ГКО-1069сс от 27 декабря 1941 года «в целях выявления среди бывших военнослужащих Красной Армии, находившихся в плену и в окружении противника, изменников родины, шпионов и дезертиров» была создана сеть проверочно-фильтрационных лагерей.

Позднее, 23 мая 1945 было подписано Лейпцигское соглашение которое стало дополнением к Ялтинскому и предусматривало создание одиннадцати контрольно-пропускных пунктов в Германии и двух в Австрии. Специально для репатриантов были предназначены 920 лагерей, в которые получили доступ представители Советской репатриационной комиссии. Свои подписи под ним поставили генерал-лейтенант К. Д. Голубев и зам. начальника Штаба Верховного Главнокомандования США генерал-майор Р. В. Баркер.

Незадолго до этого 11 мая 1945 г. Генеральным секретарем ЦК ВКП(б), Верховным Главнокомандующим. И.В. Сталиным была подписана Директива Ставки Верховного Главнокомандования (ВГК) о порядке приема и содержания советских и иностранных военнопленных и гражданского населения, освобожденных из немецкой неволи № 11086, в которой указывалось:

В целях организованного приема и содержания освобожденных союзными войсками на территории Западной Германии бывших советских военнопленных и советских граждан, а также передачи освобожденных Красной Армией бывших военнопленных и граждан союзных нам стран, Ставка Верховного Главнокомандования приказывает:
Прием всех советских людей от союзного командования производить на территории Западной Германии в лагерях союзников и транспортировку их осуществлять через линию фронта, возложив это дело на военные советы фронтов и уполномоченного СНК СССР по делам репатриации.
Военным советам фронтов сформировать в тыловых районах лагеря для размещения и содержания бывших военнопленных и репатриируемых советских граждан — на 10 000 человек каждый лагерь.
Всего сформировать: во 2-м Белорусском фронте — 15, в 1-м Белорусском фронте — 30, в 1-м Украинском фронте — 30, в 4-м Украинском фронте — 5, во 2-м Украинском фронте — 10, в 3-м Украинском фронте — 10 лагерей….
Проверку в формируемых лагерях бывших советских военнопленных и освобожденных граждан возложить:
бывших военнослужащих Красной Армии — на органы контрразведки СМЕРШ;
гражданских лиц — на проверочные комиссии представителей НКВД, НКГБ и СМЕРШ, под председательством представителя НКВД.
Срок проверки установить не более 1–2 месяцев.

Директива ставки ВГК о порядке приема и содержания советских и иностранных военнопленных и гражданского населения, освобожденных из немецкой неволи от 11 мая 1945 г. № 11086
ЦАМО РФ. Ф. 3. Оп. 11556. Д. 18. Л. 142–144.

— Ура! Мы дома! Упали, но уже не так, как нас учили, а как получилось и не стыдясь друг друга плакали как дети. Затем подошли к самой переправе. Нам указали место, куда бросить автоматы, обыскали, взяли отобранные утром у немцев часы и пропустили на паром…..Допрашивали нас по одному и делал это СМЕРШ. Иногда приглашали зайти кого-то в гражданском, очевидно, из своих. После допроса сразу куда-то уводили, увели и меня. Выдали новую армейскую форму, оформился в полевом военкомате и определили в 200 запасной стрелковый полк, где я впервые по-человечески пообедал. Затем принял присягу и меня определили во взвод МТР 682-го стрелкового полка наводчиком.

ГААОСО. Ф.Р-3 Оп.1. Д. 28. Л. 10об., 11.
Редер Борис Иванович. Об участии в Великой Отечественной войне и нахождении в плену в Германии. Автограф.

После прохождения первичного учета и фильтрации на сборно-пересыльных пунктах часть бывших военнопленных, не уличенных в связях с нацистами, освобождалась и направлялась в Красную Армию для дальнейшего прохождения службы. После демобилизации красноармейцы возвращались к прежнему месту жительства. Другая часть бывших военнопленных после проверки распределялась на промышленные предприятия, продолжая отбывать службу там.

Здравствуй Леля!
Привет тебе уважаемая жена. Привет нашим малюткам Люсе и Тамаре. Я знаю что ты думала и терзалась, что Люся и Тамара останутся так же сиротами как и ты с Маней. Почти три года я пережил фашистского плена. Много моих друзей погибли или от пули или от голода – немецкого голода. Пока что жив и здоров. Теперь опять я в Красной Армии. Как там вы поживаете, как здоровье мамани, детей, твое. Всем привет.

ГААОСО. Ф. Р-1. Оп.1. Д.25380. Л. 48 об.
Почтовая открытка Леле от Ефима Петровича Т. Полевая почта 48573. 1945 г.

На память дорогой Жене Лёле!
После трехлетней каторги я стал свободный. Но немецкая каторга оставила свои следы. С фотографии ты убедишься, что я жив и почти что здоров.
6.9.45 г. Ефим
г. Бранденбург, Германия.

ГААОСО. Ф. Р-1. Оп.1. Д.25380. Л.66, 66 об.
Оборот фотографии Ефима Петровича Т. после освобождения, г. Бранденбург. 6 сентября 1945 г.

Согласно материалам фильтрационно-проверочных дел фонда Р-1 опись 1 в большинстве случаев, бывшие военнопленные после проверки органами СМЕРШ имели возможность вернуться в родные края и продолжить трудиться на благо страны. Исключением являлись те, кто был уличен в предательстве: пособничестве карателям, службе в германской армии. Они подвергались высшей мере наказания, заключению в ИТЛ либо направлению на спецпоселение.

Страницы истории, связанные с судьбой советских солдат в немецком плену в годы Второй мировой войны, не до конца изучены, хотя с момента Победы над фашизмом прошло 75 лет. Нам еще предстоит большая работа по выявлению в немецких, чешских, австрийских, польских, новозеландских и др. архивах полного перечня имен советских военнопленных, погибших в плену и захороненных в братских могилах на чужой земле. Часть этих воинов до сих пор числится пропавшими без вести. А, как известно, «война заканчивается лишь тогда, когда похоронен последний солдат».

Татьяна Семенова,
заведующий отдела обеспечения сохранности
и учета архивных документов ГААОСО

Поделиться ссылкой:

Просмотров сегодня - 1, всего - 3280
▲ Наверх